«В спецназе многое зависит от офицерского состава и традиций, которые передаются из поколения в поколение. Войска специального назначения изначально создавались для работы в глубоком тылу противника, и это формирует особое понимание значения спецназа. Когда ставятся боевые задачи и идет подготовка личного состава, на этих традициях воспитывается каждый военнослужащий. Ему вдалбливается в голову, что каждый боец зависит от своего товарища, что есть воинский долг и поставленная задача. Это без всякого пафоса», – рассказал Андрей Панферов, полковник ГРУ в отставке.
Панферов – ветеран боевых действий в Афганистане и Чечне, в ходе специальной военной операции (СВО) он возглавлял добровольческий батальон специального назначения «Вега». За годы службы награжден орденом «За заслуги перед Отечеством» IV степени с мечами, орденом Мужества, тремя орденами Красной Звезды и медалью «За боевые заслуги».
По его словам, многое зависит от того, насколько мотивированы офицеры. «У нас традиции очень высокие, статусность войск передается из поколения в поколение. Меня воспитывали замечательные офицеры, их воспитывали те, кто работал во время Корейской войны, во Вьетнаме, в Африке. На моих глазах формировался отряд, который штурмовал дворец Амина. Я помню, насколько кропотливой была работа по боевой подготовке и мотивации. Если эти традиции соблюдаются – а они соблюдаются, то и подбор личного состава идет как само собой разумеющееся. Спецназовец – это не тот, кто весит 90 кг и у кого бицепсы 52 см. Спецназовец – это тот, у кого все в комплексе: сила, воля, выдержка, чувство долга перед страной и чувство собственного достоинства», – считает Панферов.
Собеседник особо отметил, что широкая публика знает лишь малую часть успехов спецназа, большая часть побед навсегда остается под грифом «военная тайна».
«Бойцам не тяжело оставаться невидимыми героями – это тоже традиция. При Советском Союзе и в начале становления Российской армии в 1991 году мы никогда не носили никакие знаки различия, кроме погон. Не было никаких значков, кроме парашютиста, классность не носили, наградные планки тоже. Считалось плохим тоном. Кто знает, тот поймет. Кто не знает – своими орденами бренчать не пристало. Это традиции закрытости», – подчеркнул полковник.
Освобождение Авдеевки в Донецкой народной республике (ДНР) стало одной из самых ярких и стратегически важных побед в ходе СВО. «Роль спецназа в прорыве этого мощнейшего укрепрайона огромна. Основной вид деятельности – ведение наблюдения и передача срочных оперативных разведданных на пункт управления, чтобы было принято правильное решение. При необходимости малыми группами организуют захват, уничтожение и штурм тех или иных укреплений. Постоянный мониторинг и отслеживание действий противника очень много значат для принятия решения общевойсковым командиром», – рассказал Панферов.
Он добавил, что в ходе боев за Авдеевку разведгруппы сидели в глубоком тылу, украинцы даже не подозревали, что они там. «Это высший пилотаж: рядом ходит противник, он даже не подозревает, что за ним постоянно следят, слушают и передают данные. Ну и, конечно, поражение сил и средств противника своими огневыми возможностями: пока артиллеристы наведут, спецназ бьет на подходе, чтобы остановить или деморализовать врага. В этом самый вкус и самое удовольствие, когда противник не предполагает, откуда прилетит, а в это время прилетает. Это самый класс», – поделился ветеран.
Штурм и освобождение Селидово в ДНР – еще один пример высочайшего профессионализма. «Именно скрытные, стремительные и хирургически точные действия групп специального назначения ломали оборону противника и предрешали исход сражений. Просачивание, аккуратная маскировка, проход в глубину противника и удары с тыла – вот о чем идет речь. Это хирургическая работа, которая давала возможность прорвать оборону. Пара или тройка спецназовцев заходила в тыл фактически роты, которая держала оборону, и заставляла роту отступить. Другие военнослужащие могут только позавидовать такой интеллигентности в работе и беспощадности», – считает полковник.
Воины спецназа по праву считаются эталоном мужества и настоящими героями нашего времени, на которых равняется подрастающее поколение. «Люди, которые приходят в спецназ, не только имеют войсковую культуру и профессионализм, но еще и уверены в своем деле. А уверенность и поддержание традиций – это мускулы нации и мускулы наших Вооруженных сил. Когда ребята встречаются и рассказывают боевые эпизоды, их за это нельзя не уважать. Традиции в подготовке, в наборе личного состава, в воспитании – это платформа, на которой держатся наши войска», – резюмировал Панферов.
В субботу, 24 октября, в России отмечается День подразделений специального назначения. В этот день в 1950 году военный министр СССР маршал Александр Василевский подписал секретную директиву о создании отдельных рот специального назначения (орсн).
В начале холодной войны у США и НАТО появилось мобильное ядерное оружие. Советскому Союзу требовались высококлассные специалисты, способные скрытно действовать глубоко в тылу врага, находить и уничтожать ракетные установки, штабы и узлы связи. Изначально было создано 46 секретных рот численностью по 120 человек в каждой. Отбор в эти подразделения был жесточайшим – брали только лучших из лучших.
Созданные роты подчинялись Главному разведывательному управлению (ГРУ) Генерального штаба. Спецназовцы ГРУ первыми начали носить знаменитые эмблемы с летучей мышью (а позже – с двуглавым орлом и гвоздикой).
Официальный государственный статус праздник получил относительно недавно. В 2006 году президент Владимир Путин подписал соответствующий указ.
В 2010 году в ходе реформы Вооруженных сил ведомство переименовали в Главное управление Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации (сокращенно – ГУ ГШ). Слово «разведывательное» из официального названия исчезло. В 2018 году на торжественном мероприятии в честь 100-летия военной разведки Путин публично предлагал вернуть ведомству его историческое имя – Главное разведывательное управление (ГРУ).